Известный епископ «социальной справедливости» Вильгельм Кеттелер, одна из главных фигур немецкого епископата XIX века и выдающийся создатель католической социологии, упоминал, что обязан своим призванием молитвам и жертвам простой монахини.
*****
В один из вечеров 1869 года епископ одной из епархий в Германии сидел со своим гостем, епископом Кеттелером Майнцским. Во время их беседы хозяин дома заговорил о чрезвычайно успешной деятельности своего гостя. Епископ Кеттелер ответил ему: «Всем, чего я с Божьей помощью достиг, я обязан молитвам и жертвам одного незнакомого мне человека. Могу сказать только одно: я знаю, что кто-то принес Господу свою жизнь в жертву за меня, и только благодаря этой жертве я стал священником.
Первоначально я не был готов к священству. Я выдержал государственный экзамен по юриспруденции и думал только о том, чтобы как можно скорее преуспеть, добиться видного положения в обществе и обрести славу, авторитет и деньги. Одно необычное событие удержало меня от этого пути и направило мою жизнь в совершенно иное русло.
Как-то вечером я был один в комнате, предаваясь своим тщеславным мечтам и планам на будущее. Не знаю, что произошло со мной — бодрствовал я или спал? Было ли это наяву или мне все пригрезилось? Знаю только одно: то, что я увидел, перевернуло мою жизнь. Ясно и отчетливо я увидел Иисуса, стоящего надо мной в сияющем облаке и указывающего мне на Свое Пресвятое Сердце. Перед Ним на коленях стояла монахиня с воздетыми к Нему руками. Из уст Иисуса я услышал: “Она без устали молится о тебе”. Я совершенно отчетливо видел облик молящейся, и черты ее лица так запечатлелись в моей памяти, что я до сих пор вижу их перед собой. Она показалась мне самой обычной, простой монахиней. Ее одежда была очень бедной и грубой, руки — красными и мозолистыми, как от тяжелой работы. Что бы это ни было, сон или явь, я был настолько потрясен этим зрелищем, что тут же решил посвятить себя Богу в священническом служении.
Я уединился в одном монастыре, чтобы совершить духовные упражнения, и все обсудил со своим исповедником. Потом, в возрасте тридцати лет, я начал изучать богословие. Дальнейшее Вам известно. И если Вы думаете, что через меня совершается что-то доброе, то теперь Вы тоже знаете, чья это заслуга. Той монахини, которая молилась обо мне, возможно, даже не зная меня. Ибо я уверен, что обо мне молились и продолжают тайно молиться, и что без этой молитвы я никогда не достиг бы цели, поставленной передо мной Господом».
— Есть ли у Вас какие-нибудь предположения, кто и где о Вас молится? — спросил хозяин дома.
— Нет, я могу лишь ежедневно просить Господа, чтобы Он благословил ее и, если она еще жива, воздал бы ей сторицей за то, что она совершила ради меня.
Сестра в хлеву
На следующий день епископ Кеттелер посетил расположенный неподалеку женский монастырь и служил Святую Мессу в монастырской часовне. Он причащал сестер и уже дошел до конца последнего ряда, как вдруг его взгляд остановился на одной из монахинь. Он не в силах был двинуться с места, но совладал с собой и преподал Святое Причастие сестре, стоявшей на коленях в глубокой молитве и не заметившей задержки. Затем епископ спокойно закончил Святую Мессу.
После завтрака Кеттелер попросил настоятельницу представить ему всех сестер, живущих в доме. Он обежал глазами ряды сестер, но он не нашел ту, которую искал. Он спросил настоятельницу:
— Все ли сестры здесь?
Быстро оглядев ряды сестер, она ответила:
— Ваше Преосвященство, я велела позвать всех, но одна из них действительно отсутствует.
— Почему же она не пришла?
— Она работает в хлеву, — ответила настоятельница, — и притом так добросовестно, что в своем усердии иногда забывает о других вещах.
— Я желал бы увидеть эту сестру, — попросил епископ.
Через некоторое время сестра явилась. После нескольких слов, обращенных ко всем сестрам, епископ попросил оставить их наедине.
— Знаете ли Вы меня? — спросил он ее.
— Я никогда не видела Вашего Преосвященства прежде.
— Вы когда-нибудь молились обо мне или приносили жертвы за меня в виде благих деяний? — продолжал допытываться епископ.
— Я не могу припомнить, так как никогда не слышала о Вашем Преосвященстве.
Некоторое время епископ молчал, затем вдруг спросил:
— Какое моление Вы совершаете охотнее и чаще всего?
— К Пресвятому Сердцу Иисуса, — прозвучало в ответ.
— Кажется, у Вас самая трудная работа в монастыре? — спросил епископ.
— О нет, Ваше Преосвященство, — возразила сестра, — но не стану отрицать, что она вызывает у меня отвращение.
— И что Вы делаете, когда приходят такие искушения?
— Я приучила себя из любви к Богу с еще большей готовностью и с удвоенным усердием приниматься за труды, которые мне не по душе. И эти усилия над собой я жертвую ради одной души, живущей на земле. Кому Господь явит Свою милость, я полностью предоставила Ему и не хочу этого знать. По этой же причине я жертвую также час Поклонения Пресвятым Дарам каждый вечер, с восьми до девяти часов.
— Но почему Вы решили приносить эти жертвы за совершенно незнакомую вам душу?
— К этому я приучила себя еще в миру, — отвечала сестра. — В школе настоятель учил нас, как молиться о своих родных и приносить жертвы за них в виде добрых дел. Кроме того, он считал, что нужно много молиться также и о других, чьим душам грозит погибель. Но так как лишь один Господь знает, кто особенно нуждается в молитвенной помощи, то самое лучшее — это предоставить все свои добрые дела в распоряжение Пресвятого Сердца Иисуса, чтобы Его всеведение и премудрость сами избрали тех, кому они нужнее. Так я и сделала, — заключила она, и всегда верила, что Бог найдет подходящую душу.
В дальнейшем разговоре епископ выяснил, что день рождения сестры был днем его обращения.
Урок на всю жизнь
Потрясенный до глубины души, епископ Кеттелер подошел к окну, и, с трудом сдерживаясь, выглянул наружу. Вернувшись на квартиру своего друга-епископа, он рассказал ему о случившемся: «Только что я нашел ту, которой обязан своим призванием. Это самая неприметная и самая бедная в монастыре сестра. Я не знаю, как мне благодарить Господа за Его милосердие, потому что эта сестра молится обо мне уже почти двадцать лет. Господь заранее принял ее молитву, и в тот день, когда она появилась на свет, Он в предвидении ее заступнических дел и молитв предопределил мое обращение.
Какой урок и предостережение для меня! — добавил он. — Ибо, если когда-нибудь мои успехи и благие дела станут для меня соблазном, источником тщеславия, я, истины ради, должен помнить, что всем обязан молитвам и жертвам одной бедной работницы в монастырском хлеву. И, если какой-нибудь малый и незначительный труд покажется мне слишком ничтожным и не стоящим моих усилий, ее образ напомнит мне: то, что делает и чем жертвует эта кроткая служительница в смиренном послушании Богу и в преодолении себя, столь драгоценно в глазах Господа, что благодаря этому подвижничеству Церковь обрела еще одного епископа».
Источник: Конгрегация по делам духовенства. Евхаристическое поклонение для освящения духовенства и духовное материнство, 2009